Что мне дала музыкальная школа исповедь мученика…

Родителям

Музыка – ключ к успеху ваших детей

Все мы хотим, чтобы наши дети были самыми умными, талантливыми и успешными. А все ли мы для этого делаем? Психологи утверждают, что каждый ребенок талантлив от рождения, но не развитые в детстве способности исчезают безвозвратно.

Очень важно дать ребенку возможность развить заложенный природой творческий потенциал. Наукой доказано, что музыка, как никакой другой вид деятельности, способствует развитию и становлению творческой и гармонично развитой личности.

Несмотря на то, что ребенок фальшиво поет песенки, и слуха у него нет, несмотря на то, что пианино поставить некуда, и водить «на музыку» некому, несмотря на то, что ребенку вообще некогда – английский, фигурное катание, секции, кружки….. есть веские причины все это преодолеть и все-таки учить музыке. И эти причины должны знать современные родители.

  1. Музыкальные занятия воспитывают волю и дисциплину, это воспитание характера.
  2. Занимаясь музыкой, ребенок развивает математические способности, учится пространственно мыслить.
  3. Музыка помогает развивать речь ребенка. Фразы и предложения есть и в музыке, и в речи. Играющие и поющие лучше говорят и пишут, легче запоминают иностранные слова, быстрее усваивают грамматику.
  4. Музыка структурна по своей природе. Понимание музыкальной структуры облегчает понимание компьютера.
  5. Музыкальные занятия развивают навыки общения, т. е. коммуникативные навыки. Играя, музыкант перевоплощается ,чтобы донести до слушателя характер и настроение разных образов. Кстати, это очень важное качество менеджера!
  6. Музыка развивает эмоциональность, душевную тонкость и способность воспринимать прекрасное, учит сопереживать и сочувствовать.
  7. Занятия музыкой воспитывают трудоспособность, организованность, умение правильно распределять свободное время; а также выдержку и самообладание.
  8. Музыкальные занятия воспитывают «маленьких цезарей», умеющих делать много дел сразу. Это помогает ориентироваться в нескольких одновременных процессах.
  9. Играть – это следовать традиции. Музыке учили всех аристократов, это лоск, блеск и шик светских манер.
  10. и, наконец, музыка – наилучший путь к жизненному успеху. Посмотрите на успешных людей в любой области, спросите, не занимались ли они в детстве музыкой, хотя бы даже и недолго? Конечно, занимались! И у нас есть 10 причин последовать их вдохновляющему примеру.

Двери Исилькульской музыкальной школы всегда открыты для Вас и Ваших детей.

Наш адрес: г. Исилькуль, ул. Первомайская, 54, тел. 21-476.

Пахомова Г.Н., Рецлаф Е.И. (по материалам статьи доктора искусствоведения, доктор психологических наук, Кирнарская Д.К. «Десять причин отдать ребенка в музыкальную школу»).

Предлагаем вашему вниманию ссылки на интересные статьи о музыке, музыкальном образовании и обучении в музыкальной школе, взятые с замечательного сайта “Музыкальный класс”:

Как привить детям любовь к музыке?

Музыкальные игрушки для детей

Игрушечные музыкальные инструменты

Музыкальные инструменты для детей

Как выбрать синтезатор для ребёнка? Детский синтезатор – любимая игрушка малыша!

Музыкальное развитие ребёнка: памятка для родителей – всё ли вы делаете правильно

Учитесь в музыкальной школе

Проверка музыкального слуха: как это делается?

Диагностика музыкальных способностей: как не ошибиться?

Как поступить в музыкальную школу: информация для родителей

Где купить пианино и сколько оно стоит?

Как выбрать пианино для ребенка

Сколько времени нужно учиться на гитаре, и какую гитару выбрать новичку?

Что дети изучают в музыкальной школе?

Что почитать начинающему музыканту? По каким учебникам занимаются в музыкальной школе?

Что такое сольфеджио?

Что делать, если ребёнок не хочет ходить в музыкальную школу, или, Как преодолеть кризис обучения в музыкалке?

Что мне дала музыкальная школа? Исповедь мученика…

Виды музыкального слуха: что к чему?

Упражнения для развития музыкального слуха: пора делиться секретами!

Как развить чувство ритма ребёнку и взрослому?

Источник: http://dshi-isilkul.omsk.muzkult.ru/rod_1

Детская музыкальная школа. Воспоминания о педагоге



Категория: Блоги

  • Автор: Вероника Габараева
  • Просмотров: 1 922
  • Комментариев: 0

Помню как в пятом классе детской музыкальной школы (всего надо было пройти семь классов) меня перевели к новому педагогу по основному предмету – Сусане Гаустовне Сароянс. Она только появилась тогда в школе и как это было принято ей отдали всех “плохих” учеников.

Я была одним из них.      К моменту встречи с ней я давно свыклась с мыслью, что меня ничто никогда не спасет от необходимости приходить туда, в эту школу, на разные предметы определенное количество раз в неделю. Ни моя попытка поговорить с отцом о том, что мне не интересно. Чуть позже был уже бунт: “Не пойду и все!” – я не вспомню чем, но меня все-таки заставили.

Со всеми этими педагогами по доброй воле я бы никогда ни стала ни о чем даже просто говорить.Обиженные на все вокруг, в ответ на опоздание начинавшие с самой высокой ноты – помню как каждый четверг я думала о том, чтобы скорее наступила середина дня – к этому времени впечатление от урока по сольфеджио слегка рассеивалось.

Что же касается основного предмета – фортепиано – то когда педагог успокаивался выговорив мне все, что думает о моем высокомерии – по ее мнению это и была причина не выученного урока, каждый раз на протяжении нескольких лет – она начинала подбирать мне программу следующим образом: посадив меня на стул, где-то невдалеке от себя она у меня на виду начинала поочередно наигрывать музицировать. “Это подойдет” – говорила она себе под нос еле слышно. – Это не подойдет. От чего она отталкивалась хотя бы приблизительно для меня не просто осталось загадкой. Я понимала, что даже к этой загадке я не имею никакого отношения. Но должна буду выбранное выучить и сыграть на экзамене, получив очередную порцию: “ну зачем ребенка мучить?!” – “может пусть не ходит в школу?”. А в следующей четверти эти мучения начинались сначала.

  Когда я пришла к Сусанне Гаустовне в третий раз не выучив, она как и прежде ничего не сказала. Мы просто снова стали вместе разучивать, прямо на уроке. Но в какой-то момент я почувствовала, что мне безумно неловко, почти стыдно перед ней. Я тогда подумала, ощутив это без слов – что она ведь не виновата, что меня заставляют ходить на уроки. Почему же я к ней прихожу не выучив?

 

   Как-то так получилось в последствии, незаметно для меня, потому что Сусанна Гаустовна ничего специально для этого не делала – что все лишнее кроме ритма занятий, который стал складываться сам собой  (не было не выученных уроков) и желания встретиться с этим педагогом в следующий раз вытеснили все остальное из этого вопроса в моей жизни.

И вдруг оказалось, что можно еще заниматься музыкой… и это может быть интересно! Я не помню точно как выбирались произведения, хотя это делалось теперь вместе, но они мне нравились. Вероятно из прошлой программы многое также могло нравиться, скорее всего дело было не в произведениях.

У Сусаны Гаустовны было такое отношение к процессу занятий, что пятилетнее “плохой” ученик как-то растаяло, оказавшись в стороне от курса, от движения.  –  Оно перестало загораживать путь. Правильнее сказать, что при общении с ней можно было чувствовать, что есть некий путь, есть движение.

А раньше была только известность: то, что будет дальше всегда было известно заранее. И хотелось завершения, уже без мыслей о том, что этого всего могло и не происходить. Мысль о завершении всей этой истории давала сначала бодрость: “Вот закончу эту школу, наконец (!), и …”.

И если внимательнее к себе прислушаться, то в конце предполагаемого завершения можно было ощутить только глухую металлическую дверь! Которую тысячу лет никто не открывал, хотя предполагается, что она все же должна выполнять эту функцию. Уж не говоря о том, как тягостно было находиться у этой двери. Как буд-то бы лучшей доли не нашлось…

Потому что “вот закончу школу и…” – означает потерю времени в школе, когда вместо возможности приобрести хотя бы критерии отбора : нравится не нравится , почему нравится или нет происходит потеря самого понимания, что что-то может нравиться, лично.

 

   Когда первый экзамен, после того как Сусана Гаустовна стала моим педагогом, я сдала на отлично мне поменяли педагога по сольфеджио. Правда педагог от которого я ушла по прежнему считался лучшим, как и вся школа считалась, как и прежде, лучшей в городе. Я думаю, она и сейчас считается лучшей…

будучи одной из двух, которые в том городе вообще есть. – И не считает, что у нее когда-либо были ошибки. Она просто “расположена” в некой собственной точке бытия  не бытия – равноудаленного как от интересов ребенка, так и от предмета. – От тех двух составляющих, ради которых она по сути и существует.

   Я окончила музыкальную школу очень хорошо, кроме того, что выпускной экзамен по сольфеджио я должна была сдавать тому самому педагогу, да, от которого меня забрали, но который остался и лучшим и главным. Она -то точно знала, что для меня “потолок”.

Такие педагоги, как Сусана Гаустовна встречаются довольно редко в любых видах школ.  А получение музыкального образования в России иногда сравнивается с “инструметом гендерной социализации девочек”, подробнее . – Явление “равноудаленных” педагогов, ведь, весьма распространено, потому что вчерашние выпускницы занимают места своих же педагогов. Кроме того, что дело и не только в них.

А зачем дети ходят в школу? И можно, конечно, философски заметить, что таланты встречаются редко, но образование-то надо получать. Но, возможно,  куда более верно было бы ….
экскурсовод

Источник: http://myrt.ru/blogs/10280-detskaya-muzykalnaya-shkola-vospominaniya-o-pedagoge.html

Исповедь

Значение покаяния не в признании себя грешником – это было бы слишком просто, а в изменении образа жизни, приводящего ко греху.

Архиепископ Иоанн (Шаховской).

Таинство покаяния (Исповедь) совершается в нашем храме ежедневно.

“Покаяние” – это славянский перевод греческого слова “метанойя”, буквально означающего “перемена ума”, “перемена образа мыслей”. Покаяние – не просто раскаяние. Иуда, предав Господа, впоследствии раскаялся, но покаяния не принес.

Он сожалел о том, что сделал, но не нашел в себе сил ни испросить прощения у Господа, ни чем-то добрым исправить то зло, которое совершил. Он не сумел переменить свою жизнь, вступить на путь, на котором мог бы загладить прежние грехи.

В этом отличие между ним и апостолом Петром: тот отрекся от Христа, но всей своей последующей жизнью, подвигом исповедничества и мученичества доказал свою любовь к Богу и тысячекратно искупил свой грех.

Грех – это не только преступление закона Божьего, но и болезнь души, мучение совести, скрытый гнойник, отравляющий жизнь. Грех часто кажется сладким, но плоды его горьки. Грех отсекает и удаляет нас от Бога и Церкви.

Удаление от Бога – это удаление от полноты жизни, это умирание души под тяжестью греха, сон совести, притупившейся от множества беззаконий. В результате греха мы ввергаем себя в различные бедствия и мучаем самих себя.

Благодаря покаянию мы можем восстать от своего падения, обрести радость возвращения к Богу. Истинное покаяние – это кардинальное изменение образа мыслей, перемена жизни, отрицание греха всем сердцем.

Личное устное исповедание грехов пред Богом в присутствии священника – непременное условие Таинства Покаяния.

Покаяние – нечто гораздо более серьезное и цельное, чем просто попытка увидеть собственные недостатки. Покаяние – это обращение нашего ума к Богу. Когда мы приходим на исповедь, недостаточно только перечислить грехи – те, которые приведены в вечерних молитвах.

Читая эти молитвы, мы сознаем, что во всех названных там грехах мы в той или иной степени виновны. Но исповедь должна заключаться не в том, чтобы мы перечислили свои грехи и на этом успокоились.

Во время исповеди нужно найти в себе силы встать лицом к лицу с Богом, поставить себя перед правдой Божией, перед судом любви Бога милосердного.

Подготовка к исповеди

В начале церковного пути мы можем остро чувствовать потребность в исповеди, и в то же время не знаем, что же на ней говорить. Это случается тогда, когда по отношению к самим себе мы исходим из ложной предпосылки: «я не хуже других».

В результате мы не видим ничего из ряда вон выходящего в том, что бы мы ни натворили: нам кажется, что так поступают все. Приходя на исповедь, очень важно видеть свой грех.

Вне зависимости от того, поступают ли так все или нет, важно, что я не имею права так поступать, я искренне опознал в себе эти грехи, и я должен с ними расстаться. Это нужно лично мне, а не кому-то; от этого зависит моя вечная жизнь или смерть.

Другим камнем преткновения является смущение, с которым мы приходим на первую исповедь. Важно помнить, что нашу исповедь принимает Господь, священник же является от Бога установленным совершителем Таинства Покаяния и нашим помощником в этом деле.

Читайте также:  Оптимальное концертное состояние, или как побороть волнение перед выступлением на сцене

Готовясь к первой исповеди, самое главное — не передумать и не отложить на потом то, чего просит и к чему стремится душа.

Постарайтесь внимательно вспомнить свою жизнь с того времени, когда Вы стали различать плохое и хорошее, — и все то, в чем совесть упрекнет, все те страницы, которые захочется поскорее перевернуть, все, о чем лукавый голос мысленно будет нашептывать: «А вот этого не говори, слишком давно, слишком стыдно, слишком невозможно выговорить и объяснить», — это как раз и принести на исповедь в первую очередь вместе с решимостью к одним грехам никогда не возвращаться, а с другими — греховными навыками, привычками бороться изо всех сил.

Не надо пытаться объяснить что-либо священнику, думать о том, какое мы производим на него впечатление, упоминать оправдывающие обстоятельства, рассказывать о грехах других людей или подробности своих грехов. Мы должны, со страхом Божиим, помнить, что предстоим пред Богом, Которому не нужно ничего рассказывать или объяснять, ибо Он знает всё, что было, есть, и что будет.

Если человек намеренно умалчивает о каком-либо своем грехе на исповеди, то делает свое духовное состояние еще более тягостным и безысходным. Если мы не находим в себе сил раскаяться во всех своих грехах, то нужно постараться молитвой из сокрушенного и смиренного сердца просить у Бога благодатной помощи в нашем душевном бессилии.

«Внемлите, — обращается священник к кающимся перед таинством исповеди, — ибо Вы пришли в больницу (где можете получить исцеление от своих страданий), да не уйдете не исцеленными».

Рекомендуемая литература:

1. Архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Опыт построения исповеди.

2. Святитель Игнатий (Брянчанинов). В помощь кающимся.

3. Игумен Петр (Мещеринов). Таинство Покаяния. Подготовка и исповедь (аудио).

Источник: http://www.kizik.ru/index.php/hram/tainstva/124-pokayanie

Разговор о материнском терроре

Может ли материнская любовь калечить? Наказание и запреты, гиперопека и тотальный контроль – способствует ли это идеальному поведению ребенка? Как не превратить воспитание детей в способ реализации своих собственных желаний, рассказывает матушка Виктория Могильная, мама восьмерых детей. 

– Матушка, Вы авторитарная  мама?

– Все, конечно, познается в сравнении, но думаю, что я авторитарная мама, к моему большому сожалению. Доверить детей Господу очень непросто, постоянно возникает желание проконтролировать этот процесс, вмешаться в него. Я постоянно забываю простые, но емкие слова: «У Бога нет внуков, все – дети»…

Не секрет, что материнство призвано взращивать человека в человеке – хорошего, честного, доброго. Но иногда, забывая об огромной ответственности, сопряженной с Божьим даром, мы, женщины-матери, начинаем получать удовольствие от предоставленной нам власти.

Своего мужа женщина не может полностью «поработить», а желание властвовать, непрестанно поучать и воспитывать хоть кого-нибудь, преодолеть в себе  тяжело. И ребенок, особенно маленький, дошкольник, является в прямом и переносном смысле «слабым звеном» в семье.

  Он  беззащитен перед неограниченной властью мамы.

И тут уже непаханое поле для воплощения ее собственных амбиций, стремления поддержать придуманный себе имидж, всего того, чего, может быть, самой не удалось в жизни достичь, а также заодно возможность выместить на нем личные обиды на  собственных родителей.

Мы все родом из детства. И от того, каким оно было, счастливым или не очень, зависит многое, на мой взгляд.

Я не утверждаю категорично, что абсолютно все обусловливает положительные или отрицательные опыт воспоминания, но какие-то поступки мы, безусловно, автоматически считываем с «материнской платы».

В наших силах разорвать этот круговорот в природе с Божьей помощью, потому что слово «мама» – это должно быть о другом в сознании наших детей. О тепле, защите, о безусловной любви, о понимании.

– Вот-вот, любовь  это такое теплое и светлое чувство. Как может любовь матери к ребенку причинить боль, вызывать страх?

– Я не стану пересказывать чужие мысли, лучше посоветую прочитать  книгу немецкого философа Эриха Фромма «Искусство любить», особенно главу, которая так и называется: «Любовь между родителями и детьми». Автор детально рассказывает, что материнская любовь безусловна, ее не надо приобретать, заслуживать, в отличие от отцовской любви.

Материнская любовь – благословение, дар. Верующий человек понимает, Чей это дар. В книге также говорится о том, как у ребенка постепенно созревает ответная любовь к родителям. Вначале это простое желание нарисовать для них рисунок или выучить стихотворение. Но еще очень много лет потребуется, чтобы у ребенка эта любовь окрепла, созрела.

Я, например, от своей старшей дочери жду, что она  поможет мне погладить белье по любви, из сострадания, при этом я совершенно забываю о своем эгоизме в ее возрасте.

Я, как авторитарная мама, начинаю выколачивать из нее любовь разными способами, и не всегда красивыми. Самое сложное в эти минуты – ничем не попрекнуть, не опуститься до уровня «я тебе, а ты мне». Ведь это тоже своего рода насилие.

Понять, что давать радостнее, чем принимать, а любить важнее, нежели быть любимым, ребенок еще не в состоянии.

Особенно труден подростковый возраст, когда наши отношения с детьми накаляются. Это время, на мой взгляд, перезагрузки всего родительского самосознания. И, к сожалению, в большинстве случаев начинается террор.

Это тот период, когда мы наиболее ярко проявляем все стороны авторитарной любви к детям, пытаемся их проконтролировать, потому что считаем, что контроль – основа доверия. В чем-то, конечно, это так, но мы не замечаем, как много боли причиняем своему ребенку.

У него появляется обида из-за осознания того, что ему не верят. Авторитарность – это когда абсолютно не важно мнение ребенка, есть только большое раздутое «Я».

– Нужен ли категорический императив в воспитании?

– Я боюсь слова «категорично», когда разговор заходит о таких хрупких материях, как детская душа. Все очень индивидуально. Да, ложь – это категорически плохо. Почему мой ребенок мне врет – это уже следующий вопрос.

Почему он вынужден постоянно задавливать свои эмоции и в следствии этого физически болеть, это третий вопрос. Наши дети уже взрослые, и я не могу их поставить в угол, как в раннем детстве.

Но даже если выказываю недовольство, с нотками раздражения в голосе и желанием унизить в душе, то вижу, как они замыкаются. И сразу становится стыдно.

Труднодостижимое искусство – суметь вовремя попросить у ребенка прощение. Все бесовские нагромождения в миг рассеиваются, как туман, и наступают счастливые минуты объятий. Но часто в страхе уронить свой «авторитет» я не решаюсь отступить от своих позиций.

Я уже несколько лет не считаю хорошие оценки, хорошую учебу самым первым пунктом в наших отношениях с детьми и позволяю, чтобы ребенок иногда пропустил школу только потому, что ему хочется остаться дома и полежать в постели.

 Еще лет десять назад я была к этому не готова. Сегодня мне более ценен его внутренний покой, чем отличное знание математики. Тем не менее троек в табеле у нас нет, я не призываю отлынивать от школы.

Существует  и такое мнение, что  «совершенная родительская любовь заключается в не все позволительности».

Нужно постараться генерировать в себе максимальную нежность, чтобы загладить нанесенные обиды и боль авторитарного воспитания. Категоричные представления о воспитании опасны.

Только теперь понимаю, что надо учиться сомневаться, искать, читать, пробовать и при этом не забывать, что самое важное – теплота в отношениях. Если ребенок прячется, говорит неправду, ищет  авторитеты на стороне – это тревожный звонок, и нам следует над ним задуматься.

Предельная открытость – признак того, что нет страха и есть дружественные отношения между нами.

– Одна из существующих разновидностей психологического вампиризма –«заботливая мама». Мы все в той или иной мере проходили через это. Было ли подобное у Вас? И как Вы с этим справлялись?

– Когда во мне просыпается вампир и, как в страшных фильмах ужаса, начинают расти клыки, наш папа становится тем светом, который побеждает тьму и пресекает зло. Спасибо ему за спасение наших детей. (Смеется).

Но вернемся к вопросу. На сегодняшний день существует много исследований психологов и педагогов относительно заботы и о ее «перевертыше» – гиперопеке. Двадцать лет назад или не было такой литературы, или я просто с ней не сталкивалась. Возможно, в  молодости не особо интересуешься подобными вопросами, так как считаешь, что все знаешь сам.

На мой взгляд, каждая девочка частично становится отображением образа своей матери. Их взаимоотношения так или иначе отзовутся эхом в ее будущей семейной жизни.

Это не значит, что травмирующая обстановка будет априори решающей во время становления ее личности. Известны случаи, когда негативный опыт в детстве (алкоголизм родителей и т. д.

), наоборот, перерастал в желание никогда не повторить родительских ошибок. Бывает, девочки-сироты из детских домов создают прекрасные семьи.

Например, одна наша знакомая, имея двоих детей, усыновила еще 11, пережив адские муки интерната и решив спасти максимум детей из его застенков.

Мой опыт тоже в какой-то мере базируется на родительском отношении к моему воспитанию. Я второй и поздний ребенок в семье и скажу, что это своеобразный бонус, потому что все эксперименты были поставлены на старшей сестре, а ко мне уже относились иначе. Гиперопеки я не ощущала.

Меня в юности не тянуло на «подвиги», так как многое было заведомо разрешено: общаться со сверстниками, проводить вместе выходные и праздники, позже 20:00 возвращаться домой и т. д. В рамках разумного, безусловно. Сейчас я понимаю, что это не было проявлением равнодушия, просто  родители так дарили мне свое доверие.

Я стараюсь помнить их великодушные поступки, хотя искушение запретить и не пустить любимое чадо на каток – до сих пор велико…

Вспоминается и негативный наглядный пример из юности: моей однокласснице мать и отец запрещали абсолютно все, она буквально сидела на привязи дома.

И когда в возрасте восемнадцати лет ей пришлось начинать работать в другом государстве, она, к сожалению, с незнакомой свободой не справилась.

Запретный плод всегда манит детей, но очень важно находить в запретах золотую середину. Ведь все разрешать тоже не получится!

– Часто мать видит продолжение себя в ребенке. И пытается реализовать в нем все то, что не получилось осуществить в детстве, в юношестве… В Вашей семье дети сами выбирали себе хобби, увлечения или же Вы подсказывали и предлагали им, исходя из своих тайных желаний?

– Наверное, в раннем детстве нужно направлять детей, развивать необходимые навыки, объяснять важность спорта, эстетического образования и т. д.  Хобби для детей поначалу мы выбирали с мужем сами. Хотя слово «хобби» в таком случае звучит не совсем корректно.

Если ребенку дать возможность выбирать пойти на урок сольфеджио, на тренировку по акробатике или просидеть у компьютера, то все мы понимаем, что ребенок предпочтет. Поэтому я проводила нравоучительные беседы, уверенно склоняя детей окончить музыкальную школу.

Или просто просила меня потерпеть, аргументируя это тем, что, повзрослев, они меня поблагодарят за то, что музыка не только повлияла на их личность, вкус, но и на характер — помогала «подтачивать» их лень, смиренно терпеть собственную неусидчивость, словом, преодолевать трудности. Разве это не материнский террор?

Однажды старшая дочь, которая посещала музыкальную школу три года, сказала мне: «Мама, из-за этих занятий мое детство как будто зачеркнуто черной краской». Сначала я не могла принять чуждую мне точку зрения, но со временем, слава Богу, прислушалась.

Действительно, у нее не складывались отношения с преподавателем, она боялась ее до немоты, и дальше «выдавливать» из дочери любовь к искусству было бесполезно. Наверное, вся жизнь так и пройдет в поисках золотой середины… Другая дочь очень страдала от того, что ее в свое время не отдали в хореографическое училище. Она хотела быть балериной.

Муж всячески поддерживал ее, но я понимала, что ребенок будет мучиться из-за своих несовершенных физических данных  в профессиональной школе и отвела ее в частную. Она посещала занятия в течение двух лет, отвела душу, как говорится: походила в пачке, в пуантах, даже где-то выступала. Потом увлечение миновало.

Читайте также:  Репетиторы по вокалу как найти лучшего из лучших

Наш старший сын ровно два года (это уже закономерность) занимался дзюдо, затем два года пробовал себя в единоборствах, теперь полюбил бокс. Я на все согласна, лишь бы не сидел, уткнувшись в компьютер с «необезображенным интеллектом» выражением лица.

У меня, как у многодетной мамы, имелся свой амбициозный список секций и кружков, которые они должны были посещать.

Но, помню, прочитала статью Екатерины Бурмистровой (мамы десятерых, кажется, детей, практика, одним словом, с несколькими высшими образованиями, автора множества книг по детской психологиии), где отмечалось, что не важно, сколько кружков вы посещаете, сколько видов хобби имеете, главное, в какой атмосфере все проходит. Т. е. я поняла, что по дороге на тренировку по акробатике не нужно ссориться из-за того, что кто-то не сделал уроки, опоздал и т. д., ведь дети пребывают в колоссальном напряжении и в результате сальто или фляк будут вызывать у них только внутренние неприязнь и отторжение. В итоге половину кружков мы отменили, так как для всех это был изматывающий труд – мы поздно возвращались домой.

В моем случае многодетности я постоянно ощущаю чувство вины из-за того, что не успеваю уделить каждому нужную дозу внимания, потому что есть банальный быт — бермудский треугольник между плитой, стиральной машиной и раковиной.

У кого-то он другой, но тоже затягивающий. Я пытаюсь восполнить потраченные на него часы или материально, или всячески занять ребят. Не думаю, что если подарим новый телефон или билет в кинотеатр, это заменит разговор «по душам».

Наша жизнь – это выбор каждую секунду. Выбор приоритетов.

Знаете, мне кажется, пока у мамы сохраняется  внутренний «будильник», мешающий спать ее совести, она остается живой и не убаюкивает в себе тревогу или чувство вины, а пребывает в поиске лишней минуты, лишнего слова, еще одного поцелуя для самого дорогого человека на свете, ее ребенка.

Сын или дочь, когда вырастут, расставят в своих семьях, конечно, все на свой лад, но будут ли они  прислушиваться внимательно к  тревогам своих детей, зависит, пусть  немножечко, но и от нас тоже. Любовь никогда не кончается…  Ее можно передать по  наследству или просто подарить. Без условий.

«Pravlife»

ЕСЛИ У ВАС ИМЕЮТСЯ ВОПРОСЫ, ЗАДАЙТЕ ИХ СВЯЩЕННИКУ.

Источник: http://trifon.kiev.ua/2016/02/08/razgovor-o-materinskom-terrore/

24. Таинство Покаяния

познакомить воспитанников со смыслом и значением Таинства Покаяния

Задачи:

  • понять смысл и значение Таинства Покаяния
  • познакомиться с чинопоследованием Покаяния

Использованная литература:

  1. Рукова С. О Таинствах Церкви в изложении для детей. – М.: Стогна, 2003.
  2. Сосунцов Е.Ф, свящ. Уроки Закона Божия для детей. – М., 2002. Урок 11.

Дополнительная литература:

  1. Закон Божий: В 5-ти книгах. – М.: Книговек, 2010. – Т.2. Глава 10.
  2. Крецу Л. Шаг за шагом в мир Православия: Младший школьный возраст: Книга для воскресных школ и семейного чтения.

    – Кишинев: Камно, 2012.

  3. Серебрякова Ю.В., Никулина Е.В., Серебряков Н.С. Основы православия: Учебное пособие. – М.: Издательство ПСТГУ, 2009. Раздел №5. «Учение Православной Церкви о Таинствах».

    «Таинство Покаяния».

Ключевые понятия:

Словарь урока:

  • Чинопоследование
  • Аналой
  • Священник
  • Крест
  • Евангелие
  • Разрешительная молитва

Содержание занятия(открыть)

Иллюстрации:

Проверочные вопросы:

  1. Зачем установлено Таинство Покаяния?
  2. Что делает на исповеди грешник?
  3. Зачем он рассказывает свои грехи священнику?
  4. Что делает священник?
  5. Кто дал священнику власть прощать грехи?
  6. Какими словами дал эту власть Апостолам Иисус Христос?
  7. Какие видимые действия и слова при исповеди?
  8. Что нужно сделать для того, чтобы Бог простил нам грехи?

Ход урока. Вариант 1:

Повторение пройденного с помощью решения детьми кроссворда индивидуально или коллективно с помощью презентации.

Рассказ учителя по новой теме.

Просмотр видеоматериалов (фрагментарно).

Раскрашивание детьми раскраски.

Закрепление темы с помощью проверочных вопросов.

Ход урока. Вариант 2:

Просмотр видеоматериалов.

Рассказ учителя по новой теме, дополняющий увиденное детьми.

Закрепление темы с помощью игры. Каждая команда получает листок со спрятавшимися словами. Выигрывает та команда, которая первой найдёт все слова.

Видеоматериалы:

  1. Телепроект «Азбука Православия». «Таинство Покаяния (Исповедь)»:
  1. Телепроект «Вера святых». Часть 22. «Таинство Покаяния»:
  1. Телепроект «Дом, в котором живет Бог». Часть «О таинстве исповеди»:

Источник: https://school.orthpatr.ru/node/211553

Урок по музыке для 4 класса «Прелюдия. Исповедь души»

Задание для 1 команды: определить из текста о каком композиторе идет речь.

Его творчество почти целиком является пианистическим. Хотя редкий композиторский дар мог бы сделать его замечательным симфонистом, его деликатная, замкнутая натура довольствовалась рамками камерного жанра — если не считать, конечно, двух его замечательных фортепианных концертов.

В полонезах, балладах композитор рассказывает о своей стране, о красотах её пейзажей. Вместе с тем он исключительно самобытен.

Задание для 2 команды: определить из текста о каком композиторе идет речь.

Уже в детские годы мальчик проявил необыкновенные музыкальные способности. Он был окружён особым вниманием и заботой.

Подобно Моцарту, он поражал окружающих музыкальной «одержимостью», неиссякаемой фантазией в импровизациях, прирождённым пианизмом. Его восприимчивость и музыкальная впечатлительность проявлялись бурно и необычно.

Он мог плакать, слушая музыку, вскакивать ночью, чтобы подобрать на фортепиано запомнившуюся мелодию или аккорд.

В своём январском номере за 1818 год одна из варшавских газет поместила несколько строк о первой музыкальной пьесе, сочинённой композитором, учащимся ещё в начальной школе.

«Автор этого „Полонеза“ — написала газета, — ученик, которому ещё не исполнилось 8 лет. Это — настоящий гений музыки, с величайшей лёгкостью и исключительным вкусом.

Исполняющий самые трудные фортепианные пьесы и сочиняющий танцы и вариации, которые вызывают восторг у знатоков и ценителей.

Задание для 3 команды: определить из текста о каком композиторе идет речь.

Вскоре после революции 1917 года композитор воспользовался неожиданно пришедшим из Швеции предложением выступить в концерте в Стокгольме и в конце 1917 года вместе с женой Натальей Александровной и дочерьми покинул Россию. В середине января 1918 года он отправился через Мальмё в Копенгаген.

В 1918 году вместе с семьёй отплыл из Норвегии в Нью-Йорк. Вплоть до 1926 года не писал значительных произведений; творческий кризис, таким образом, продолжался около 10 лет. Лишь в 1926—1927 гг. появляются новые произведения: Четвёртый концерт и Три русские песни. В течение жизни за рубежом (1918—1943 гг.

) создал всего 6 произведений, которые принадлежат к вершинам русской и мировой музыки.

Задание для 4 команды: определить из текста о каком композиторе идет речь.

Местом постоянного жительства избрал США, много гастролировал в Америке и в Европе и вскоре был признан одним из величайших пианистов своей эпохи и крупнейшим дирижёром. В 1941 году закончил своё последнее произведение, многими признанное как величайшее его создание, — Симфонические танцы.

В годы Великой Отечественной войны дал в США несколько концертов, весь денежный сбор от которых направил в фонд Красной армии. Денежный сбор от одного из своих концертов передал в Фонд обороны СССР со словами: «От одного из русских посильная помощь русскому народу в его борьбе с врагом.

Хочу верить, верю в полную победу».

Источник: https://infourok.ru/material.html?mid=4359

Исповедь педагога

Исповедь педагога

Всё пролетело в одно мгновенье: и безоблачное октябрятское детство, и восторженное пионерское отрочество, и романтическая юность. А дальше…

Развал Союза, перестройка, дефолт…

Всё, на чём зиждилось наше воспитание, образование, сознание, да и мировоззрение вообще, потерпело крах! Идеалы равенства, братства втоптаны в грязь. Призывы Ленина: «Учиться, учиться и учиться!» заменены на : «Деньги делают деньги!»

Была разрушена наша вера в то, что мы живём в самой лучшей, самой свободной стране! Что мы идём единственно верным курсом, что границы нашей великой Родины надёжно защищены и нас ждёт светлое, великое будущее!

У нас отобрали веру, надежду, а что взамен?

Провозгласили независимую, суверенную республику. Но какая же независимость может быть, если мы по уши в долгах?! Мы зависим от всех и вся! Экономика разрушена до основанья, плюс две революции…  Внешние долги…

Но самое страшное – будущее не манит своей привлекательностью. Какой-то тупик! Хочется бежать, спасаться!

Я тогда была студенткой III курса Кыргызской национальной консерватории. Тогда сложилось так, что люди искусства превратились в самый незащищещённый слой населения. Многие тогда побросали музыку и пошли на базар, кто-то спился, кто-то уехал, «иных уж нет, а те далече»…

Уехали прекрасные специалисты, наши педагоги евреи, немцы, русские. Отбыли на свою историческую родину. И это не только те, кто работал в области искусства.

И остались мы один на один с базаром… Надо было как-то жить… Надо было тупо выживать…

Помню слова своей свекрови: « Бросай музыку, кому это сейчас нужно? Закончишь бухгалтерские курсы, пойдешь работать бухгалтером». И это говорила мне ни кто-то, а заслуженный деятель культуры КР, женщина, которая сама воспитала своих детей на высоких идеалах. Что говорить об остальных?

Если бы я была более энергична, я бы наверно так и сделала. Но я побоялась круто менять свою жизнь. Я всё-таки доучилась в Консерватории до конца. Этот тяжелый период для всей страны и для меня лично совпал со счастливым моментом моей жизни – рождением дочери.

Пришлось брать академический отпуск, сидеть на шее у родных. И именно в этот момент мужу и родителям по несколько месяцев не платили зарплату, в магазинах пустота, ввели карточную систему… Но самое печальное люди потеряли веру в будущее. Кругом царила депрессия.

Даже вспоминать тяжело то время, ту ситуацию.

Но лично у меня была огромная мотивация – у меня появилась дочь! Значит я должна встать на ноги, чтобы вырастить и воспитать это маленькое родное существо!

В результате я успешно закончила Консерваторию, получила диплом преподавателя фортепияно, концертмейстер, артист камерного ансамбля. Для меня это был маленький подвиг.

До сих пор в кошмарных снах мне снится, что я выхожу в зал, сажусь за рояль и не помню ни одной ноты! Просыпаюсь в холодном поту…

После получения диплома я устроилась в самую «крутую» Центральную детскую музыкальную школу им. Шубина. Школу с богатыми традициями, бережно предаваемыми из поколения в поколение.

В советское время работать в этой музыкальной школе было престижно – здесь учились, да и сейчас учатся дети элиты страны – известных политиков, интеллигенции, госчиновников и бизнесменов. А значит контингент детей из престижных и обеспеченных семей.

Кто-то скажет: «Работа не пыльная…» Но на деле оказалось всё иначе.

Прежде чем начать свою основную работу педагогом и концертмейстером, мне пришлось перемыть этаж музыкальных классов, такой был порядок. С августа по сентябрь драила, чистила, оттирала. Многие педагоги принимали меня поначалу за уборщицу.

Затем начался учебный год. Работа сложная, требующая глубоких знаний психологии, высокого профессионализма, творчества… А зарплата мизерная… Пришлось устраиваться ещё в два места, чтобы сводить концы с концами…

С тех пор и по сей день, я работаю в двух-трёх местах. После работы даю частные уроки музыки.

Сколько было казусов и неприятностей из-за того, что брала на себя непосильно большую нагрузку – от усталости засыпала на уроках, перепутав дни недели, ехала через весь горд домой к одним ученикам, вместо других.

А сколько кошельков у меня крали в маршрутках, когда я уставшая, потеряв всякую бдительность,  возвращалась домой…

В музыкальной школе у меня всегда было три ставки, хотя это и нарушение закона. Я работала все шесть дней в неделю, а перед экзаменами и в воскресенье. Напротив окон моего класса была кирпичная стена соседнего дома. Иной раз, упершись взглядом в эту унылую стену, я чувствовала себя заключенной, а жизнь свою беспросветной.

Но были моменты, когда после экзамена или концерта коллеги хвалили моих учеников за удачное выступление, а родители моих воспитанников рассыпались в словах благодарности, и дарили цветы. Это покрывало всё с лихвой – все невзгоды и усталость как рукой снимало.

А самое главное – это восторженные глаза детей, полные благодарности и гордости. Я твердно убеждена, что общение с детьми это своего рода терапия, лекарство от депрессии, уныния и повседневных невзгод. Дети обязательно сделают или скажут что-то такое, отчего захочется смеяться, как в детстве. В из глазах можно увидеть себя беззаботной и счастливой.

Чтобы работать с детьми мало быть только профессионалом в своей области. Нужно быть педагогом, а еще психологом.

Я, например, благодаря многлетнему опыту, общаясь только с ребенком, не видя его родителей, безошибочно могу определить в какой семье воспитывается ребенок,есть ли у него отец, или он растёт в неполной семье, есть ли у него сестры, братья или он единственный малыш, хватает ли ему внимания, любви, ласки или он эмоционально одинок, и боится вступать в этот огромный мир.

Учитель музыки – это нечто большее, чем просто учитель. Это наставник, старший товарищ. Любопытно наблюдать как педагог настраивает своего ученика на выступление. Отводит его в сторону, чтобы никто и ничто не отвлекало и словно вводит в транс, чтобы каждое важное замечание дошло до его сознания. Правильный настрой – залог удачного выступления.

Одна моя ученица призналась, что когда она выходит на сцену у нее от страха немеет все тело. Перед ее выступлением на госэкзамене на сцене большого зала, мне пришлось провести большую подготовительную работу. Я была своего рода психотерапевтом.

Музыкальное образование в нашей республике основывается на советском музыкальном образовании, которое было лучшим в мире. А оно в свою очередь корнями уходит в русское музыкальное образование, основоположником которого были М. И.

Глинка, братья Рубинштейны, Гнесины и другие. Выпускники музыкальной школы в советское время продолжали обучение в музыкальном училище, затем в Консерватории.

Могли стать профессиональными музыкантами, педагогами, концертмейстерами, оркестрантами.

В наше время,  закончив музыкальную школу, редко кто продолжает своё обучение дальше. Профессия музыканта не престижна, а чтобы овладеть ею, нужно потратить много сил и времени. А для того, чтобы стать хорошим музыкантом нужно положить на это жизнь.

К сожалению, занятния музыкой «для себя» достигли верха формализма. Я, например, не понимаю, как можно овладеть инструментом, например фортепиано, по компьютерной программе?! Тупо нажимать на клавиши, не зная нот?! Я считаю, что так называемый keebord – электронная клавиатура, скорее игрушка, нежели музыкальный инструмент. И вся система обучения упрощается для минимума.

Я удивляюсь родителям, которые так боятся, что их чадо перетрудится. Я убеждена, и стараюсь убедить в этом родителей своих учеников, что трудности должны быть, что только преодалевая трудности ребёнок может стать личностью!

И ещё я против американизированной системы обучения, когда к ребёнку «нельзя прикасаться». Тысяча прикосновений должно быть, по нашей методике – чтобы «поставить» руку, словно заново её «лепишь»! «Ставишь» каждый палец. Освобождаешь кисть, предплечье, плечевой пояс. Затем работа над звукоизвлечением.

И лишь затем начинается самое сложное, работа над музыкой – осмысление художественного образа, заложенного композитором, над формой произведения.  Это бесконечный процесс!

Но самое главное в нашей работе, я считаю, это общение с учеником, с ребенком. Ведь мы, учителя, имеем дело с самым тонким и нежным предметом – душой ребёнка. А значит работа должна быть ювелирной. Душу ребёнка нельзя ранить, но и идти у него на поводу тоже нельзя. Нужно также заручиться поддержкой родителей ученика и убедить их в том, что вместе мы делаем общее дело.

Несмотря на всю сложность системы обучения, количество желающих заниматься музыкой не уменьшается. Каждый год набор в нашу музыкальную школу велик. Во все времена родители старались дать своим детям хорошее образование, в том числе музыкальное. И это безусловно радует.

В советское время музыкальная культура в нашей республике получила достойное развитие. Наша задача сегодня не потерять тот уровень, который был достигнут в советские годы. Во всём мире считается, что музыкально образование одно из дорогостоящих в мире. У нас же оно является доступным для широких масс.

В наших музыкальных школах работают настоящие энтузиасты, получившие закалку в советское время. Молодёжь, к сожалению, не очень стремится освоить профессию педагога – это тяжёлый, кропотливый и малооплачиваемый труд.

Эта профессия не считается престижной, потому что нам не дают взяток и мы не ворочаем большими суммами денег. Преподаватели музыки, зачастую люди непрактичные и не устроенные в материальном плане.

Мы часто шутим между собой, учителя потому так хорошо выглядят, что на нашу зарплату не разжиреешь. А кто-то считает, что мы лузеры, неудачники.

Что им возразить?  Наверно только одно – мы учителя, делаем благородное, и как мне кажется, богоугодное дело. И ничего нет прекраснее, чем общение с детьми, с их чистыми душами. И нет ничего лучше, чем прививать им любовь к прекрасному, к миру музыки.

Учитель музыки с 20-летним стажем Айша Маратовна 

Источник: http://nlkg.kg/ru/columnist/ispoved-pedagoga

Школа духовного пения: В музыке вырастает душа

– Нина Дмитриевна, расскажите, как появилась Школа духовного пения, кто стоял у истоков ее создания?

Нина Лебедева: Пятнадцать лет назад, по благословению и при поддержке настоятеля храма протоиерея Максима Козлова, те, кто пел на правом клиросе нашего храма, своими силами открыли воскресную школу для детей прихожан. Вначале мы занимались с ними в хоре и изучали Закон Божий. Постепенно добавили музыкальные и вероучительные предметы.

Однако было понятно, что чего-то не хватает: после двух-трех лет занятий в школе, достигнув подросткового возраста, дети уходили из нее. Другими словами, не было объединяющей цели, к которой бы стремились и дети, и родители.

Так мы пришли к идее создания хоровой музыкальной школы, в которой ребята учились бы петь на клиросе, получая профессиональное начальное музыкальное образование.

Нина Дмитриевна Лебедева

Сергей Маркелов: Хотел бы обратить внимание на то, что до революции лучшее музыкальное образование можно было получить при Церкви, в Синодальном училище. Разумеется, развивалось и светское образование. Однако испокон веков в России было два лучших хора: государев и патриарший хор певчих дьяков.

Когда при Петре Первом государев хор перевели в Петербург и сделали придворной певческой Капеллой, патриарший хор приписали к Синоду и практически разорили, из-за чего этот хор долгое время находился в упадке. Только в конце XIX века он был возрожден, составив конкуренцию блиставшему тогда в Европе придворному хору.

Это произошло во многом благодаря владению древней богослужебной традицией, сохраненной в Москве.

В советское время несколько деятелей культуры взяли на вооружение идеи церковного музыкального певческого образования, благодаря чему Московское хоровое училище имени Свешникова унаследовало часть методик и педагогический опыт патриаршего хора.

Я являюсь выпускником этого училища и стараюсь передать историческую традицию своим ученикам. Мне нравится заниматься с детьми. Как сказал кто-то из мудрых, «найди дело себе по сердцу, и ты не будешь работать ни одного дня своей жизни».

Так и получается.

Нина Лебедева: К обычным предметам государственных музыкальных школ, таким, как хор, сольфеджио, музыкальная литература и фортепиано, мы добавили те, которые, на наш взгляд, необходимы для обучения детей пению на клиросе.

Это Закон Божий, церковно-певческий обиход, церковнославянский язык, литургика.

С годами выработали систему и программу обучения, благодаря которым дети изучают пение на клиросе с шести лет, а окончив школу после восьмого класса, наши выпускники владеют полноценной профессией! Но и это не главное.

Кроме того, что мы даем музыкальное образование и профессию, мы пытаемся воцерковить ребенка. Поскольку все происходящее в храме – речь священника, тексты чтецов, сам ход службы – становится для детей понятным и родным. Начиная петь в церковном хоре, они приобщаются к службе самым действенным образом – участвуя в ней.

Сергей Юрьевич Маркелов

– Школа принимает детей только из верующих семей?

Нина Лебедева: Для поступления в нашу школу необходима рекомендация духовника ребенка или его родителей. Хотя бывают исключения, если мы видим, что ребенок тянется к музыке и хочет учиться. Принимаем детей и из семей, члены которой крещеные, но в церковь ходят не часто.

Сегодня более половины учеников составляют ребята не из нашего прихода: родители узнают о нас и привозят детей из других районов города. Также мы принимаем молодых людей до 25 лет без музыкального образования – для них открыта взрослая ступень обучения пению, рассчитанная на три года.

Нагрузки в Школе очень серьезные: уроки в понедельник и четверг с семи до половины одиннадцатого, плюс индивидуальные занятия вокалом и фортепиано, в субботу – учебная и потому обязательная утренняя служба, затем занятия сольфеджио, хором, в воскресенье – литургика и хор.

– Каковы критерии отбора учеников?

Нина Лебедева: Их нет. Мы убеждены, что нет ни одного ребенка или взрослого, которого нельзя научить петь. Когда взрослый человек приходит и говорит: «У меня голоса нет», мы отвечаем: «Ты же говоришь? Значит, голос есть». У всех есть голос, и есть способности, которым нужно помочь проявить себя. Как часто повторяет духовник нашей школы отец Максим: «Произволяющий способен».

– Кто ваши преподаватели?

Нина Лебедева: Со дня создания школы коллектив практически не поменялся. Из 14 преподавателей 12 – с высшим образованием, большинство – практики, поют в церковных или светских хорах, являются регентами. Они – удивительные педагоги. Каждый работает по своей авторской методике и на уроках творит чудеса.

– Какое применение полученным знаниям получают выпускники школы? Где их ждут?

Нина Лебедева: Многие поступают в профессиональные музыкальные училища. В частности, в Московский Государственный институт имени Шнитке: здесь наши ребята получают профессию дирижера. Процентов десять поют на клиросах Москвы, некоторые регентуют. Безусловно, наши выпускники работают и в хоре Татьянинского храма.

– Можно ли увидеть ваших воспитанников в крупных концертах, на конкурсах, в фестивальных программах?

Нина Лебедева: Конечно. Мы участвуем в мероприятиях Свято-Тихоновского гуманитарного университета, ездим на службы, принимаем участие в литургиях и поем в храмах столицы. Хорошей традицией стали поездки нашего хора в отдаленные подмосковные приходы.

Каждый год под руководством настоятеля храма отца Максима Козлова наши воспитанники посещают Якутскую, Костромскую, Алтайскую и Московскую епархии.

Начиная с 2007 года, мы принимаем участие в православных хоровых конкурсах, а с 2009 года, по благословению Святейшего Патриарха и под патронажем Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества, мы организовали свой ежегодный хоровой фестиваль «Кирилл и Мефодий».

Он проходит в притворе храма святой мученицы Татианы при МГУ и собирает до тридцати хоров из разных регионов. На конкурс участники привозят народные и патриотические песни, духовные стихи, богослужебные песнопения. В жюри входят преподаватели Московской консерватории, института им.

Гнесиных, художественный руководитель московского Синодального хора А. А. Пузаков. Председатель жюри – профессор Московской консерватории, художественный руководитель хора «Кастальский» А. М. Рудневсий.

А в прошлом году был проведен мастер-класс членов жюри, привлекший и дирижеров светских хоров, которым было интересно узнать, как работать с хором на церковных произведениях. Мы были этому рады, потому что готовы делиться методиками и наработками, открыты к контактам и сотрудничеству.

Во время выступления на IV хоровом фестивале

– Может ли духовное музыкальное образование быть альтернативой светскому?

Сергей Маркелов: Своей главной задачей мы видим необходимость не просто научить что-то исполнять, а привить и сберечь любовь к музыке, развить ее. Что касается светской школы, то зачастую родители просто «сдают» ребенка в «музыкалку».

Он учится, ненавидя все, что связано с нотами, а после выпуска торжественно сжигает свою скрипку или виолончель, прячет подальше диплом, и долгие годы или даже десятилетия просто не способен вернуться к музыке. Чтобы этого избежать, нужно развивать душу.

В этом я, пожалуй, вижу задачу и идею духовного музыкального образования. Показатель того, что мы на правильном пути – дети наших выпускников приходят в нашу школу, а они сами часто приходят петь по собственному желанию. С каждым годом наш ученический хор становится сильнее и крепче.

На Рождество и на Пасху мы традиционно поем вместе с профессионалами, и к сегодняшним ученикам присоединяется все больше выпускников Школы духовного пения храма святой мученицы Татианы при МГУ. 

 Школа духовного пения храма Святой Мученицы Татианы при МГУ родилась по инициативе энтузиастов.

Постепенно к хоровым занятиям и изучению Закона Божия добавились музыкальные и вероучительные предметы, была выработана система и программа обучения, благодаря которым дети изучают пение на клиросе с шести лет, а окончив Школу после восьмого класса, выпускники владеют полноценной профессией! Все происходящее в храме – речь священника, тексты чтецов, сам ход службы – становится для детей понятным и родным, они постепенно воцерковляются. Начиная петь в церковном хоре, дети приобщаются к службе самым действенным образом – участвуя в ней. Таким образом, главной задачей и идеей духовного музыкального образования педагоги Школы видят развитие души каждого своего воспитанника.

Фото Юлии Маковейчук, Евгения Глобенко, Дмитрия Пасечного

Источник: http://www.taday.ru/text/1632382.html

Ссылка на основную публикацию