Пина бауш танец в 3d, что дальше

Пина Бауш – неразгаданная тайна танца

li_ga2014

немецкая танцовщица и

виртуозный хореограф -идеолог современного балета 20 века,
Балет — это сценическое искусство, содержание которого воплощается в

музыкально-хореографических образах. Современный балет — это эксперимент со смешиванием образов и стилей. Балет Пины Бауш — это трогательные истории о живых людях и совершенно новый язык тела.

В чем секрет настоящего художника? Вряд ли в ювелирной точности выстроенной сцены и даже не в талантливом или неизбитом сюжете. Скорее, зацепить зрителя и овладеть его вниманием целиком и полностью можно, обратив его к собственным чувствам.

Как это сделать: у каждого свой секрет.

Она изобрела уникальный «невербальный язык» и стала одной из тех, кто изменил само понимание танца двадцатого века. Ее постановки, стали синтезом хореографии, драматического искусства и видео-инсталяции, а ее знаменитый «Танцтеатр Вупперталь» прославился на весь мир

В 2011 году, через два года после ее неожиданной смерти, вышел фильм Вима Вендерса «Пина: Танец страсти в 3D», он стал ярким посвящением ее мастерству и таланту, а также позволил рядовому зрителю познакомиться с ее творчеством.

Входя в театр Пины Бауш нужно оставить в гардеробе все свои прежние представления о балете, о хореографии, об отношениях, о себе.
Несколько десятков спектаклей, режиссерские работы «Плач императрицы» и «Кафе Мюллер» можно отнести к сюрреалистичному артхаусу, который до сих пор покоряет международные фестивали.

У Пины Бауш был свой секрет. В ее гибких пальцах податливым пластилином оживал любой скептик — она лепила из его эмоций замысловатые узоры своего танца.

Недаром Пина отказывалась от почетного звания Хореограф — в классическом смысле этого слова ее сложно причислить к таковым.Первые постановки Пины Бауш действительно были классическими.

Точнее, в традиционном танцевальном экспрессионизме, которому она училась у таких метров, как Курт Йосс в Фольквангской высшей школе, Хосе Лимон и Энтони Тюдор в новом американском балете.

Со своим танцтеатром она создает тот новый театральный язык, который и сделает ее знаменитой

Она хулиганила на сцене, — воздвигала корабли или засыпала все снегом, обряжала мужчин в дамское платье и чулки, а женщин раздевала донага, заставляла стариков вилять задом, а молодых учиться терпению. Что бы ни происходило на сцене Пины Бауш, все становилось гармоничным, структурно обусловленным и неизменно поэтически необходимым.

Еще один из секретов языка танца Пины Бауш — умение находиться вне времени и пространства, преодолевать ограничения, оставаясь на месте. Казалось бы, человек на сцене неподвижен, но зритель буквально каждой клеткой чувствует вибрации эмоций.

«Меньше всего я интересуюсь тем, как люди двигаются,

меня интересует, что ими движет»

Чтобы объяснить безысходность и отчаянье, нужно точно подобрать измерение и свет, куда следует поместить человеческий мотылек — здесь он запорхает, забьется и непременно оставит след не только в зрителе, но и в самом исполнителе — ведь это и его процесс исцеления.

Такими же легкими штрихами Пина могла набросать нежность, когда почти чувствуешь ее пульс, созвучный «Бамбуковому блюзу».Если это объятия, то в них всегда присутствует боль, словно разорви их — и ты расстанешься с человеком навсегда или еще хуже — останешься совсем один в звенящей пустоте, в Ничто.

В балете Пины хочется еще крепче вцепиться в одежду, волосы, укутаться в кожу, только не отпускать.

.«Еще немного вина, сигаретку, но только не домой»

Многим такой театр и сейчас может показаться непонятным, абсурдным, отталкивать или вызывать раздражение.

Его сцены настолько фантастичны, что поначалу вызывают растерянность — где в них реальность, а где вымысел, есть ли начало и конец у истории, как преодолеть одиночество, возможно ли так любить…целый ручеек вопросов «зачем», на каждый из которых есть свой отклик в уме, свой опыт в теле, свои чувства, — и это та морфология, которая вдруг делает оптическую иллюзию танца понятной, собирает ее в целое и насыщенное, превращает созерцание в персональное переживание.

Для диалога с миром она изобрела уникальный «невербальный язык» и стала одной из тех, кто изменил само понимание танца двадцатого века. Ее постановки, стали синтезом хореографии, драматического искусства и видео-инсталяции, а ее знаменитый «Танцтеатр Вупперталь» прославился на весь мир.

Пина Бауш изменила танцевальный мир раз и навсегда. В ее облике не было намека на балетный гламур. Неизменно в черном, в грубых мужских ботинках, без макияжа, она ставила в тупик своей аскетичностью и немногословностью.

В пятнадцать лет она поступила в школу Курта Йосса, исповедовавшего идеи синтеза балета с другими видами искусства. Он отправил талантливую студентку за новыми идеями в США.

После Джульярской школы и работы в Новом американском балете Пина вернулась под крыло своего учителя солисткой в Фолькванг-балет.

«Применительно к ней эти рамки – режиссер, хореограф – размыты. Их практически невозможно установить. Их нет», – говорит хореограф Алла Сигалова.

В 1971 году Пина приехала в Вупперталь и навсегда изменила это мрачное местечко. Она создала театр танца, который сегодня знает весь мир. В Германии его называют национальным достоянием. Ее первые спектакли были освистаны.
«Весна священная»

– за дикие языческие пляски на засыпанной землей сцене, экспрессивные сцены насилия и смерти. «Семь смертных грехов» – за жестокость, откровенный феминизм, отказ от классических балетных норм. «Синяя борода» – за говорящих танцоров и запутанные сюжетные линии.

«Ее работы были полностью лишены манерности. В классическом танце многие пытаются повторить все, как было, но только не Пина. Ее можно сравнить с Айседорой Дункан в начале столетия. Ее техника стала очень важной в выражении экспрессии танца», – отмечает хореограф Джон Ноймайер (Германия).

Бауш стерла границы между театром и танцем, создала собственный, уникальный стиль. Перемешала танец и разговор. В ее спектаклях звучат шлягеры, джазовая импровизация, оперетта, детские песни, комбинированные с музыкой парижского авангардиста Пьера Анри. Ее театр навсегда погрузился во внутренний мир человека.

«Она говорит о смерти, о любви, об одиночестве, о невозможности одного человека прорваться к другому», – продолжает Алла Сигалова.

В конце семидесятых Пина поставила
«Кафе Мюллер»

и «Семь смертных грехов». Критики назвали спектакли самым разрушительным зрелищем из всех, когда-либо существовавших на немецкой сцене. Она вынесла приговор жестокости и равнодушию.

«Меньше всего меня интересует, как люди двигаются. Меня интересует, что ими движет» – эти слова Бауш стали манифестом танцовщиков и хореографов многих поколений.

«То, что она делала, было оригинально, и многие пытались скопировать ее. Но никому так и не удалось это сделать в полной мере. В каждой ее работе присутствовал глубокий личностный смысл», – подчеркивает Джон Ноймайер.

В 1982 году появились ее революционные «Гвоздики». Они стали потрясением Авиньонского фестиваля, событием мирового масштаба.

В России «Гвоздики» увидели в 1989 году. Сцена усыпанная цветами, холм из восьмидесяти тысяч лепестков, поющие, говорящие, танцующие артисты… Московская публика была в восторге, в отличие от разгневанных лондонцев и нью-йоркцев, которые посмотрели «Гвоздики» на пять лет раньше.

«Ее не возможно было прогнозировать. Она удивляла и потрясала новыми идеями. Загадка – где она черпала столько всего нового, и в каждом спектакле всегда чувствовалось ее присутствие», – говорит хореограф Начо Дуато (Испания).

На новые идеи ее вдохновляло разнообразие мира. После Португалии, в 1997 году, появилась «Мазурка Фаго», после Гонконга – «Мойщик окон». Она создала дневник городов, пропущенных через сердце, после нее осталось больше пятидесяти спектаклей.

В балетных кругах Бауш называли «Пикассо в танце». Она снялась в двух культовых лентах – в фильме Феллини «И корабль плывет» и картине «Поговори с ней» у Альмодовара. Ее уход был стремительным и неожиданным. Загадку, имя которой – Пина Бауш, так никто и не разгадал.

http://syg.ma

https://lenta.ru

Источник: https://li-ga2014.livejournal.com/214725.html

Фильм Пина: Танец страсти в 3D (2011): описание, содержание, интересные факты и многое другое о фильме

Pina

РежиссерВим ВендерсАктерыРеджина Адвенто, Малу Айродо, Рут Амаранте, Пина Бауш, Райнер Бер, ещеЭтот документальный фильм-альманах о творчестве великой авангардистки танца Пине Бауш был запущен в работу еще при ее жизни.

К счастью, Вим Вендерс решил не оставлять проект недоделанным и сделал поклонникам талантливой танцовщицы дорогой подарок – танец страсти – дань уважения не только Пине Бауш, но и всем тем людям, которых она вдохновляла и которых научила выражать чувства посредством танца.В фильм включены кадры хроники, сцены из некоторых постановок и интервью членов труппы Пины Бауш.

ПродюсерыВим Вендерс, Жан-Пьеро Рингел, Хейнер Бастиан, ещеМонтажТони ФрошхаммерСценаристВим ВендерсОператорыХелен Лувар, Йорг ВидмерХудожникиПитер Пабст, Рольф Боржик, Марион ЦитоКомпозиторТом

  • Девизом к фильму выбраны слова Пины Бауш: «Танцуй, танцуй, иначе мы пропали».
  • Подвесная дорога в фильме снята в городе Вупперталь, Германия.
  • В фильме использованы фрагменты из спектаклей «Кафе Мюллер», «Весна священная», «Зоны контакта» и «Полнолуние».
  • Интервью участники труппы дают на своем родном языке: немецком, французском, испанском, хорватском, итальянском, португальском, русском и корейском.

Осторожно, текст может содержать спойлеры!

Пина Бауш на сцене задает ритм действу, и труппа подхватывает его и проносит на протяжении всего фильма, мерно отзеркаливая за любимым хореографом – зима, весна, лето, осень, зима, весна, лето, осень…

После отрывка из спектакля идут кадры хроники репетиции этих же сцен, Пина внимательно наблюдает за танцорами.

Члены многонациональной труппы рассказывают о Пине, о работе с ней, каждый на своем языке. Одна из танцовщиц, Рут Амаранте, признается, что, познакомившись с Пиной, она обрела язык, нашла способ выразить себя, ведь в жизни иногда нельзя выразить чувства словами, и на помощь приходит танец.

Читайте также:  Топ 9 самых знаменитых барабанщиц

Сцена на природе: танцовщица в длинном платье бесцельно бредет, меняя направление, и время от времени падает плашмя. Партнер неизменно ловит ее у самой земли.

Другой участник труппы вспоминает, как Пина подталкивала их к поиску, какие вопросы задавала. Например, как передать телом, что видишь перед собой луну?

Рассказывая о постановке «Кафе Мюллер», танцоры вспоминают, что Пина сначала не хотела сама танцевать в нем, но ее убедили. Пина делится впечатлениями от танца, ведь двигалась она в этой постановке с закрытыми глазами.

В интервью танцоры говорят о том, как им не хватает Пины.

В сцене из спектакля «Кафе Мюллер» влюбленная пара стоит, обнявшись. Прохожий меняет ее на другую, но стоит ему отойти, как влюбленные вновь встают, как им удобно. Он снова выстраивает их так, как ему кажется правильно. Ситуация повторяется несколько раз с ускорением темпа.

О Пине отзываются как о человеке, который умел слушать и смотреть, сравнивают ее с домом, огромный чердак которого набит сокровищами.

Танцы на фоне городского пейзажа сменяются постановками в вагоне поезда, у бассейна, на природе.

Рассказывая о работе над постановкой спектакля «Полнолуние», танцор вспоминает, как Пина попросила его придумать движение, обозначающее радость, и затем сделала из него целый танец. Она не критиковала и не направляла, а лишь говорила: продолжай искать.

Фильм завершается танцем зима-весна-лето-осень, с которого начинался.

  • Вим Вендерс начал снимать свою документалку о Пине Бауш ещё при её жизни. Но и после смерти этой известнейшей немецкой танцовщицы и хореографа съёмки не прекратились, в итоге превратив фильм “Пина” 2011-го года в своего рода посмертный памятник. Правда, тех, кто ждёт от картины каких-то биографических элементов, постигнет разочарование… Читать далее

Источник: https://www.ivi.ru/watch/109293/description

Пина: Танец страсти в 3D смотреть онлайн бесплатно

Пина——

Вим Вендерс. Знаменитый и уважаемый во всём мире кинорежиссёр, автор таких прекрасных фильмов, как «Небо над Берлином», «Алиса в городах», «Отель &dbquo;Миллион долларов“», лауреат Золотой Пальмовой ветви за фильм «Париж-Техас» и почётной премии имени Сергея Паражданова за вклад в кинематограф.Пина Бауш.

Великая немецкая танцовщица, балетмейстер и хореограф, руководительница Вуппертальского театра современного танца. Такой тандем должен был породить что-то по меньшей мере совершенно необычное… Но незадолго до старта съёмок документального проекта Вендерса о Пине Бауш, Пина внезапно умерла.

Убитый горем Вендерс был готов уже похоронить проект, но его отговорила труппа Пины – ведь именно такой фильм должен был стать лучшим памятником великой Пине. И вот, перед нами фильм Вима Вендерса «Пина».О сюжете здесь говорить бессмысленно.

Фильм представляет собой по сути нарезку из нескольких спектаклей Пины, записанных специально для этого фильма, из этюдов из тех же спектаклей, отыгранных на натуре, из редких фраз-воспоминаний о Пине, из хроникальных кадров… И всё это замешанно в густой коктейль из музыки и танца. Нужно понимать, что «Пина» – это, строго говоря, не документалистика.

Практически всё, что льётся на вас с экрана – постановочные кадры, и даже традиционные для подобного кино воспоминания, здесь поданы в очень нестандартной манере однако это, конечно же, и не игровое кино. Перед нами такая своеобразная концентрация Вуппертальского театра танца…

Вендерс из лиц и тел труппы театра создаёт удивительно полный и объёмный портрет великой Пины Бауш. Пина – воплощение танца, её театр – чистое искусство. И этот фильм тоже постепенно становится таким, вырисовывая всепоглощающими чувственными танцами личность Пины.

Надо, однако, заметить, что многие её спектакли трудно понять без либретто – уж больно они сюрные и аллегоричные. Но даже того зрителя, который не врубается в сюжет или не понимает основной мысли того или иного спектакля или фрагмента не может не заворожить волшебство, которое творят на сцене артисты. А «Пина» Вима Вендерса – этот тот уникальный случай, когда фильм хочется пересмотреть сразу по окончании финальных титров.

Спасибо, смотрите кино.

——

Пина

——

Этот фильм посвящен современному гению. И почему Пина Бауш заслужила данный титул рассказывают в течении всего фильма ее коллеги. Но знаете, слова здесь были, пожалуй, лишними. Важен Танец. А именно, о чем этот Танец говорит.Эта картина открывает зрителю нечто прекрасное.

Просто потрясающие постановки, в которых есть толика безумного гения, что делает их просто шедевром. Я далекий человек от танцев, но здесь я как будто был влюблен в это искусство. Даже более – это как будто заставили любить.

Потому что это не просто танец, здесь зритель видит красивую палитру движений, которые подчеркивают некую Красоту мировоззрения хореографа.А музыка… это какое то волшебство. Она заслужила не меньшего моего внимания, чем сама картина. Практически весь звукоряд пришелся по вкусу.

И все вышеописанное с каплей горечи по погибшей Пине Бауш создают безупречную картину Вима Вендерса. Если бы меня спросили, о чем этот фильм, то я бы ответил – о чем то прекрасном.

Источник: https://owl-cinema.online/films/dokumentalnyy/8780-pina-tanec-strasti-v-3d.html

“Пина: Танец страсти в 3D” (режиссер Вим Вендерс, 2011)

«Пина» Вима Вендерса так же не похожа на привычные для среднестатистического зрителя фильмы, как творчество Пины Бауш – на классический танец.

Впечатление от картины (которая являет собою нарезку поставленных хореографом номеров в сочетании с отрывками из интервью Бауш и ее учеников) зависит от индивидуальных особенностей восприятия зрителя и его расположения духа во время просмотра. Включит ли он разум или чувства, логику или интуицию.

Второй вариант предпочтительней, так как творчество Пины умом не понять – его нужно прочувствовать. Но в первую очередь полностью абстрагироваться от привычного представления о танце.  

Как пишет украинская художница и арт-критик Ута Кильтер:

«В основе возникновения и успеха «Театра танца», родоначальником которого была великая (и хрупкая) Пина Бауш, немецкий хореограф, лежит идеология «Новой телесности».

Принципиально иное отношение к стандартам красоты: не крайней худобы и кричащей накрашенности, но органичности самому себе.

Пина Бауш вывела на сцену полных и невысоких людей, а свои хореографические экспериментальные спектакли строила на свойственной им органике».

Пожалуй, внешность танцоров – первое, что может шокировать неподготовленного зрителя. И дело не столько в полноте или невысоком росте, а в отсутствии пропорциональности и внешней гармоничности, что бросается в глаза с самого первого номера.

Группа полураздетых людей, мужчин и женщин, предварительно вывалявшись в грязи, стремительно перемещаются по сцене. Женщины по очереди берут в руки кусок красной ткани, трясясь от страха, подбегают к угрожающего вида мужчине и тут же убегают, передавая «эстафету» следующей «участнице».

Пока наконец-то одна из них не осмеливается облачиться в эту ткань, которая на поверку оказывается подобием ночной рубашки.

Какое впечатление производит это действо? Очень и очень странное. Полнейший хаос. Если не знаешь, к чему все это, в жизни не догадаешься. Остается только наблюдать за происходящим.

Благодаря формату 3D зритель в некоторых моментах буквально переносится на сцену, в самую гущу событий, а главное – получает возможность в деталях рассмотреть мельчайшие изменения в мимике танцоров, настоящую актерскую игру, которая наверняка требует от исполнителей невероятных эмоциональных затрат.

Остается только сожалеть, что в реальном театре даже из первого ряда всего этого не увидишь.

«Пина Бауш создала танцевальный язык, свободный от театральных условностей и стилизации. Главные организующие приёмы её постановок — сопоставление дикого (природного) и культурного начала в человеке и мире» (УК).

Описанный выше номер называется «Весна священная» и определенно является демонстрацией дикого природного начала или, пользуясь терминологией Фридриха Ницше, дионисийского.

Дионисийское первоначало можно определить как впадение в оргиестическое состояние вследствие безудержных эмоций, опьянение, в котором «субъективное исчезает до полного самозабвения». Ассоциируется этот феномен с хаосом, разрушением культуры и противопоставляется аполлоническому с его стремлением к упорядочению и гармонизации.

В каждую культурную эпоху, начиная с античности и заканчивая постмодернизмом, доминировало одно из двух начал. На наше посмодерное время пришелся период царствования «окультуренного» аполлонического.

«К чему это лирическое отступление?» – спросите вы. А к тому, что именно в этом несоответствии следует искать ключ к пониманию или причины непонимания творчества Пины Бауш.

Не стоит воспринимать его как концепт, пытаться докопаться до заранее заложенной в номере идее, разобраться в сюжете или, боже упаси, пытаться разложить все по полочкам и найти логическое объяснение каждому движению или элементу постановки. Всего этого там, скорее всего, нет.

А если и удастся придумать свою расшифровку, то вряд ли будет иметь что-то общее с тем, что задумывалось показать на самом деле.

Вот, например, такая сцена (из спектакля «Кафе Мюллер»). Мужчина и женщина стоят обнявшись. В дверь входит третий человек и ставит их в другую позу. Герои пассивны, словно марионетки, и не сопротивляются постороннему вмешательству. Но как только третий выходит, принимают исходную позицию.

Эта последовательность действий повторяется несколько раз, и с каждым разом темп увеличивается. Потом третий уходит совсем. Казалось бы, парочку оставили в покое: живите себе. Но нет, они вновь начинают принимать то положение, которое было им навязано, а в итоге все-таки возвращаются в свое.

Читайте также:  Секрет гениальных скрипок страдивари

Моя трактовка выглядит примерно так.

У двух любящих людей есть свое представление о том, какими должны быть их отношения, но вдруг кто-то (другие люди, общество) начинает в них вмешиваться, навязывать свои нормы и порядки. Сопротивляться непросто, а в определенный момент и вовсе желание пропадает – проще плыть по течению.

И, тем не менее, не исключено, что в конце концов, они отважатся пойти своим путем.

Пожалуй, это единственный эпизод, в котором мне удалось найти хоть какую-то сюжетность и связь с реальной жизнью. Но больше, чем уверена, задумывалось нечто совсем другое. Наверное, мозг лучше было просто отключить.

«Телесность стала для Пины Бауш материалом исследований, но она заставила её и говорить. В постановках использовались торты, кремы, кетчупы; они могли проходить в воде или в воздухе, на природе» (УК).

А в одном номере танцовщика засунула в пуанты кусок мяса и танцевала на фоне урбанистического пейзажа. Это и есть «сопоставление дикого (природного) и культурного начала в человеке и мире»: искусство танца VS господство современных технологий. Визуально выглядит оригинально, а по сути – очень актуально для наших дней.

И все-таки во многих аспектах, постановки Бауш кажутся направленными не на зрителя, а на самих исполнителей.

«Её постановки — драма и предельный натурализм.

Исполнители могут кричать, бриться, вскрикивать, орать, умываться, хлопать, топать, шуршать и совершать ежедневные (бытовые) действия… Характерное отличие — ансамбль, нет солистов и статистов, массовки; каждому дано слово, которое он способен выразить на своём (техническом) языке. Дэнсеры могут оглаживать, поглаживать друг друга или «поддавать пыткам», «третировать», «терроризировать» (УК).

Со стороны это напоминает набор бесконечно повторяющихся судорожных движений. Зрелище не самое эстетичное (впрочем, как мы уже выяснили, творчество Бауш не вписывается в привычные понятия об эстетике). Видимо, во главу угла здесь поставлено самовыражение танцующих, а уж что подумают смотрящие – это дело десятое. Похоже, состояние, в которое они впадают, сродни трансу.

Движения ведь влияют на эмоциональное состояние человека. Вот например, проснулся некто N

в плохом настроении, встал не с той ноги и свет ему не мил.

А потом включил музыку, сделал зарядку (да-да, обязательно под музыку) и вроде бы не так уж все и плохо и жизненный тонус повысился:) Так что этот танец можно воспринимать как своеобразную психотерапию, средство избавления от комплексов и неврозов.

Как же повезло участникам труппы Пины Бауш! Счастливые люди! Они нашли себя в танце (пусть он и непонятен широким массам) и живут им, любимым делом. У них есть возможность самовыражаться, да еще и зарабатывать этим на жизнь. Мечта!

Счастливые люди! Это чувствуется по их интервью, по тому, с каким восхищением и благодарностью они говорят о своем учителе. Говорят каждый на своем языке: немецком, французском, английском, испанском, русском… Неважно на каком, ведь их объединяет один универсальный язык – язык танца. Очень хороший прием.

Вердикт. Честно говоря, творчество Бауш лично мне не очень близко, но ознакомиться с ним было интересно и полезно. Смотреть фильм рекомендуется исключительно людям с широким кругозором. А о «Театре танца» лучше почитать заранее, это облегчит восприятие.

Источник: https://drugoe-kino.livejournal.com/2357717.html

Её имя – Пина Бауш, её сущность – танец

О ней говорят как об одном из самых великих хореографов ХХ века, о ней вспоминают как о выдающейся танцовщице, оговаривая, что модерн-балет не был бы таким, какой он есть сейчас, если бы не она.

Ее имя можно увидеть среди обладателей награды «Венецианский Золотой Лев» и «Приз Киото». Ей принадлежат слова: «Все, что я делаю, я делаю как танцор, все, абсолютно все».

Ее имя — Пина Бауш, ее сущность — танец.

Голос учителя: «Ты — акробатка». Значение слова Пине не понятно, но тон, с которым произнесен вердикт, такой звеняще-мелодичный, одобрительный, особенный. Тон, за которым хотелось следовать, пластика, которую хотелось перенять, класс, в котором хотелось остаться. Ее первый балетный класс.

Легкая, невесомая, извивающиеся пушинка, балансирующая между полом и потолком, — такой Пина запомнилась Курту Джусу, декану школы искусств «Folkwang» в Эссене.

Сторонник модерн-балета, в своем преподавании он всегда стремился примирить хореографию фундаментальной классики и экспрессию свободы. Молодая студентка Бауш демонстрировала безупречную чистоту позиций и оборотов, добавляя в каждый этюд чувственность и вольность.

Наблюдатель от природы, еще с детства Пина с любопытством подглядывала за постояльцами отеля ее отца. Эмоции, реакции, психология поведения, ей было интересно любое проявление.

Впоследствии, работая над соло в балетном классе, она нанизывала движения и характеры, склеивала статику тела со статичностью скульптур, увиденных в лаборатории студентов курса архитектуры, связывала актерскую игру и язык тела, гротеск оперетты и грациозность балетного поклона.

1958-й — год большого события в карьере Бауш. Выпускница эссенской школы балета получила грант от службы академического обмена Германии. С пометкой на документах «special student», перед Пиной открылись двери Джульярдской школы искусств. Знакомство с Нью-Йорком, меккой современного балета, прошло беззвучно.

Пина едва ли знала хотя бы пару английских слов, не говоря уже о связанных предложениях. В лучших традициях «теплого приема», ее багаж был утерян, объясниться с работниками аэропорта с помощью жестов не получилось, но первую аудиенцию преподавателей Джульярда она не пропустила.

Врожденная немецкая организованность и стопроцентное знание собственного тела изумили Энтони Тюдора. За восторгом последовало приглашение присоединиться к его хореографическому классу. Ответ положительный не прозвучал, но изящный реверанс и поклон в сторону учителя были громогласнее любого «да».

Нью-йоркская арт-сцена предлагала массу возможностей. Пина старалась использовать каждый шанс, пробуя разные методы и тенденции, смешивая музыкальные направления, танцевальные бэкграунды и чувства. И, безусловно, такая работоспособность и талант заслуживали оваций.

Стоящий, рукоплещущий зрительный зал Metropolitan Opera — это лучшая благодарность за ночные репетиции, за стопроцентную вовлеченность в балет, за откровенную правду, растворенную в танце.

Два года работы над собой, над внутренним и внешним, пролетели. Движения чисты, чувства глубоки. Metropolitan Opera и Америка хотели видеть Пину на сцене. В один из январских понедельников у нее состоялся разговор с Куртом Джусом.

Нью-Йорку Бауш дала обещание вернуться и вылетела в Вупперталь, чтобы создать свои лучшие постановки, чтобы собрать танцевальную компанию, которая объездит полмира, чтобы просто задавать вопросы и искать ответы. Ее стремления и подходы были приняты не сразу.

Зрители покидали спектакли, свистели и возмущенно обсуждали пренебрежение классикой. Критики подливали масло в огонь: «Музыка настолько прекрасна, что можно закрыть глаза». Слова о балете, о хореографии — ни строчки. Оркестр противился экспериментам с хором.

Поначалу ни кулисы, ни зрительный зал не желали выбираться из зоны комфорта. Но Пина была не из тех, кто останавливается. Танцоры — первые с кем нужен был контакт. Пробы, распределения ролей и технические репетиции были отодвинуты хореографом на второй план.

Собрав компанию на сцене вуппертальского театра, Бауш рассказала о новом подходе «7х7х5», о концепции, которая создана, чтобы задавать вопросы и слушать ответы, знакомиться с ролью, друг с другом, сценой.

Два ряда по 7 человек, участники будущей постановки, по 5 минут обмениваются мыслями о сценарии, реквизите, характере героев. После первых 5-ти репетиций они снова начинают диалог лицом к лицу, об успехах и сложностях, о важности синхронности в массовке и о праве на ошибку в главной партии. Они учатся взаимодействию, дыханию в унисон, сопереживанию и честности. Ведь зритель больше всего хочет именно ее, а не перфекционизма.

Взаимопонимание внутри танцевальной трупы подарило балет «Come Dance With Me», музыкальным сопровождением которого стали народные песни. Знакомый с детства фольклор, поющие танцоры и отсутствие скованности растопили зрительный зал.

Ему вдруг понравилось происходящее, снова образовалась очередь в театральную кассу. Менеджерам начали поступать приглашения на гастроли, а критики отдавали работам Бауш целые полосы.

Нью-Йорк увидел Пину вновь и сразу в двух амплуа — танцовщицы и хореографа.

Читайте также:  Как строить характерные интервалы в любой тональности

Пина была рада успеху, но дороже всего ей была сакральность театра и она нашла способ уберечь ее. С конца 60-х и по сегодняшнее время магия танца Бауш связанна со словом «Лихтенберг».

В индустриальной части Вупперталя, среди СТО, железнодорожного депо, дешевых закусочных и холлов с игровыми автоматами расположился старый кинотеатр, репетиционный зал Пины и её компании.

Помещение, лишенное солнечного света, угрюмое пространство со старой вентиляционной системой стало местом, где в процессе долгих репетиций, размышлений, конфронтаций и поисков компромиссов рождались движения искренности, отчаянные перформансы, небывалые трансформации.

Таинственность и отрешенность от реального времени будоражила фантазию танцоров, спартанские условия позволяли сосредоточиться на технике исполнения, а камерность бережно оголяла чувства. Для чужаков двери были всегда закрыты.

Даже в предпремьерные дни показать кусочек финального прогона для медиа было скорее исключением из правил, чем само собой разумеющимся действием. Интимность — то, что Пина ценила и берегла больше всего. «Лихтенберг» — мир ее вдохновения, лаборатория танца, место встречи, где говорят и понимают с полуслова, где возникает близость между мужчиной и женщиной, между танцором и хореографом, между сценой и ее будущим зрителем.

«Все мои роли, написаны моим телом». Так говорила Пина о себе в танце и о своей хореографии, но и сцена для нее была всегда живой субстанцией и у сцены была роль. В балете «In The Rite of Spring» весь паркет был покрыт свежевспаханной мелкодисперсной землей. Аромат, шуршание ног, комочки на одежде и вымазанные лица танцоров.

Это не работа в предлагаемых обстоятельствах, это 45-минутная жизнь, 45-минутная главная роль. В «Bluebeard» на сцене были настоящие листья, никакой бутафории, а в «Come Dance with Me» — хворост. И, наконец, в «Vollmond» («Полнолуние») — вода, скалы и живые крокодилы: настоящее безумие, бесконтрольное действие, где пластика и чувства были на пределе возможностей.

Гвоздики — любимые цветы Пины, «Гвоздики» — балет, благодаря которому имя Бауш навсегда останется на страницах танцевальной истории. Каждый цветок на своем месте. Аккуратными рядами сцена засажена живыми гвоздиками. «Педантичная подготовка, необычное оформление». Первые мысли, возникающие в голове зрителя, только что зашедшего в зал.

В начале спектакля танцоры чересчур осторожны, изрядно нежны. Они не прикасаются к цветам даже кончиками пальцев. Но после двух часов от нетронутости и чистоты на сцене не осталось и следа. Она вспахана и засеяна смешанными чувствами. Зрительный зал в восторженном замешательстве.

Что же привело его в это состояние? Хор, поющий джаз и синхронно транслирующий слова на языке жестов, танцующие мужчины в платьях или танцующие на столах женщины под лай четырех скалящихся немецких овчарок. А может зритель просто пребывает в состоянии шока от того что за два часа Пина и ее компания расшатали его чувства от смеха до плача.

Однозначного ответа нет. Но предельно ясно, что забыть эти «гвоздики» невозможно. Они дотрагиваются до самых глубин, до струн сердца. Если можно сказать о каком-то балете, как о «чутком», то, пожалуй, о нем. Центральный танец на музыку Вивальди «Четыре сезона» даже выбрался из общей постановки и стал настоящим культурным феноменом.

Повторяющиеся четыре движения, подстроенные под музыкальный такт — вот и вся хореография. Перформанс начинают танцоры, образовывая линию. В их компанию может присоединиться зритель. Запомнить движения легко, они предельно просты, меняется только быстрота их смены: учащенная для зимней вьюги и расслабленная — для знойного лета.

Для распространения перформанса в массы и привлечения новой аудитории онлайн-ТВ платформа ARTE Concert создала специальный видео-хаб, на котором можно разместить собственное видео «Четырех сезонов». Акцию «Take Part — Dance!» поддерживают также нынешние танцоры Вуппертальского театра.

С воркшопами и мастер-классами они путешествуют по всему миру, в поиске новых аутентичных талантов — от Токио до Буэнос-Айреса. Они рассказывают истории, делятся мотивацией, пересматривают архивные видео с Пиной и просто танцуют, для публики и вместе с ней.

Pina is Muse, Pina is Power. Для ранних 70-х ее постановки были дикостью. Абразивная сюжетная линия, танцоры поют и бросаются стульями, мечутся по заставленной, как тогда казалось хламом, сцене, порой то мокрые, то кричащие, то непонятно вообще, что с ними творилось.

Зато сегодня наследие Пины просачивается в перфомансах от Lady Gaga и PJ Harvy до Лондонского национального театра.

 Ее обращение со сценой и реквизитом восхищали Хельмута Ньютона, и в своих фотосессиях он иронизировал на тему моделей и аллигаторов, впоследствии передав эстафету Марио Тестино.

Балетное платье, жилистое телосложение и скользящая грация — три вещи, которые покорили японского дизайнера-реформатора Йоджи Ямамото. «Это мое представление женского тела. Изгиб спины. Я всегда ищу ее силуэт в других, когда иду по улице».

Коллекция SS’ 92, где центральное место было отдано струящимся платьям молочного оттенка, лишь одна из тех, что посвящена Пине. Последние комбинационные перформансы Бауш стали одним из постоянных источников вдохновения для выпускников Bunka College. В 2015-м году одна из коллекций, посвященная хореографии Пине, была представлена брендом «Etw. Vonneguet» в рамках Tokyo Fashion Week.

«Танцуйте, танцуйте, иначе мы потеряем все», шептала она своим ученикам, и сама танцевала. В любом возрасте и при любой возможности.

У Федерико Феллини Пина слепая принцесса, играющая в шахматы, в картине Педро Альмодовара «Поговори с ней» кино-жизнь получил ее перформанс «Café Müller», а после смерти она ожила в объемном изображении в номинированной на Оскар документальной ленте Вима Вендерса.

Источник: http://styleinsider.com.ua/2016/04/pina-bausch/

Фильм “Пина: Танец страсти в 3D” (2011) Отзыв

Последний раз у меня сильные эмоции были после просмотра “Черной книги”. Люблю хорошее кино.

Но “Пина” и не кино, как-то, даже. Скорее, постановка. Чем-то напомнило Ларса Триера с его Догвилем, но Догвиль ужасно тяжелая, для меня лично, картина. Не могу ее посмотреть от начала до конца уже лет пять, хотя все пытаюсь.

В ленте мало текста, много эмоций. Простые, но такие пронзительные вещи. Жизнь. Это скорее лента-посвящение, лента-эпитафия.Я не была знакома ранее с творчеством Пины Бауш, и, в общем-то, даже не слышала ничего.

Я вообще, все германское, как-то мимо всегда пропускаю.

Не могу сказать, что после просмотра, буду лихорадочно искать информацию, картинки, видео, как иногда бывает. Нет. Я просто насладилась тем, что увидела.

И я почти получила оргазм, прямо в зале.

Это кино нужно смотреть отключив все клетки мозга, зато открыв шире глаза и впитывать кожей, глазами, вибрировать на одной ноте. Оно так яростно и стремительно отображает нашу жизнь, что мурашки начинают скакать по этой самой коже, буквально, с пятой минуты просмотра.

Потрясающая съемка, которую усилил эффект тридэ, кадры в метро – полное погружение. Великолепные, яркие локации, такие просторные или такие тесные, что иногда, казалось, сможешь взлететь, а иногда – становилось трудно дышать.
Мало текста – восприятие работы и впечатления от своего вдохновителя, своего Гуру, актеров труппы, которые были у Пины Бауш.

И много-много музыки и движений. Музыка, кстати, превосходная. Вот ее я поищу обязательно. Потому что там был и джаз, и старые немецкие песни из черно-белых кино, и модерн, и классика, и соул.

Много тревоги с вплетением отчаяния, много боли, которая преследует человека всю жизнь: от потерь, от груза забот, от ноши, которая у каждого своя. Но также много света и радости, восторга, грации и динамики, пластики и волшебства, легкого, невесомого.

Все это показано телом человека, через движение. Я наблюдала за кистями рук, как за бубенцами магов. Это не передать словами. Это можно только увидеть. Или станцевать.

Я – в восторге. Мне очень понравилось. Всех моментов не описать. Очень много эмоций и мыслей.

Подводя итог, скажу, человек прекрасен. Тело его обладает безграничными возможностями, возраста, как понятия, как категории, просто нет, а для общения – совсем не нужны слова…

Единственное, отметила для себя лично, момент с пуантами. Когда танцовщица, положив говядину в носок, встала на пуанты, я утонула в воспоминании о моих розовых пуантах. Тугие и блестящие, атласные ленты, отливали розовым жемчугом. Я кружилась в них по комнате, обычно вечерами, обычно в темноте.

Кадр со стульями также, легок, воздушен, волшебен. Вернее, все кадры со стульями.Но написать красиво об этом, чтобы передать эту красоту, я не могу. И, конечно же, эпизоды с падениями. Это просто нечто.

Вы когда-нибудь доверяли человеку так, чтобы упасть в пропасть, зная, что вы так и не коснетесь дна?

Руки его всегда вас поймают.

Источник: https://tvj.ru/film-pina-tanec-strasti-v-3d-otziv/

Ссылка на основную публикацию